Неточные совпадения
Вы, конечно, Авдотья Романовна, слышали тоже у них об истории
с человеком Филиппом, умершим от истязаний, лет шесть назад, еще во время
крепостного права.
Теперь, в наше время, мы, помещики, при
крепостном праве вели свое хозяйство
с усовершенствованиями; и сушилки, и веялки, и возка навоза, и все орудия — всё мы вводили своею властью, и мужики сначала противились, а потом подражали нам.
Теперь-с, при уничтожении
крепостного права, у нас отняли власть, и хозяйство наше, то, где оно поднято на высокий уровень, должно опуститься к самому дикому, первобытному состоянию.
— Как же новые условия могут быть найдены? — сказал Свияжский, поев простокваши, закурив папиросу и опять подойдя к спорящим. — Все возможные отношения к рабочей силе определены и изучены, сказал он. — Остаток варварства — первобытная община
с круговою порукой сама собой распадается,
крепостное право уничтожилось, остается только свободный труд, и формы его определены и готовы, и надо брать их. Батрак, поденный, фермер — и из этого вы не выйдете.
Первые годы жизни Клима совпали
с годами отчаянной борьбы за свободу и культуру тех немногих людей, которые мужественно и беззащитно поставили себя «между молотом и наковальней», между правительством бездарного потомка талантливой немецкой принцессы и безграмотным народом, отупевшим в рабстве
крепостного права.
Очевидно, что когда эти две энергии встречаются, то из этого всегда происходит нечто весьма любопытное. Нет бунта, но и покорности настоящей нет. Есть что-то среднее, чему мы видали примеры при
крепостном праве. Бывало, попадется барыне таракан в супе, призовет она повара и велит того таракана съесть. Возьмет повар таракана в рот, видимым образом жует его, а глотать не глотает. Точно так же было и
с глуповцами: жевали они довольно, а глотать не глотали.
Самое простое желание власти, земных грязных благ, порабощения… вроде будущего
крепостного права,
с тем что они станут помещиками… вот и все у них.
Похоже было на то, что джентльмен принадлежит к разряду бывших белоручек-помещиков, процветавших еще при
крепостном праве; очевидно, видавший свет и порядочное общество, имевший когда-то связи и сохранивший их, пожалуй, и до сих пор, но мало-помалу
с обеднением после веселой жизни в молодости и недавней отмены
крепостного права обратившийся вроде как бы в приживальщика хорошего тона, скитающегося по добрым старым знакомым, которые принимают его за уживчивый складный характер, да еще и ввиду того, что все же порядочный человек, которого даже и при ком угодно можно посадить у себя за стол, хотя, конечно, на скромное место.
После
крепостного права исчез навсегда
с московских улиц экипаж, официально называвшийся «похоронной колесницей», а в просторечии «фортункой».
Вместе
с отменой
крепостного права исчезли барские рыдваны
с их форейторами-казачками и дылды-гайдуки слезли
с запяток.
Были тут и старики
с седыми усами в дорогих расстегнутых пальто, из-под которых виднелся серебряный пояс на чекмене. Это — борзятники, москвичи, по зимам живущие в столице, а летом в своих имениях; их
с каждым годом делалось меньше. Псовая охота, процветавшая при
крепостном праве, замирала. Кое-где еще держали псарни, но в маленьком масштабе.
Кажется, что
с падением
крепостного права должны были бы забыться и воланы: дворяне и помещики были поставлены «на ноги», лишились и кучеров и запряжек.
Старый лакей, который служил здесь еще во времена
крепостного права, знающий привычки старого барина, в известный час поставит перед ним столик
с прибором и дымящейся серебряной миской и осторожно будит его, посматривая на часы...
Наши сборы в экспедицию начались в половине марта и длились около двух месяцев. Мне предоставлено было
право выбора стрелков из всех частей округа, кроме войск инженерных и
крепостной артиллерии. Благодаря этому в экспедиционный отряд попали лучшие люди, преимущественно сибиряки Тобольской и Енисейской губерний. Правда, это был народ немного угрюмый и малообщительный, но зато
с детства привыкший переносить всякие невзгоды.
По рассказам отца, он всегда
с отвращением относился к
крепостному праву и стыдился его.
Россия к XIX в. сложилась в огромное мужицкое царство, скованное
крепостным правом,
с самодержавным царем во главе, власть которого опиралась не только на военную силу, но также и на религиозные верования народа,
с сильной бюрократией, отделившей стеной царя от народа,
с крепостническим дворянством, в средней массе своей очень непросвещенным и самодурным,
с небольшим культурным слоем, который легко мог быть разорван и раздавлен.
История русского народа одна из самых мучительных историй: борьба
с татарскими нашествиями и татарским игом, всегдашняя гипертрофия государства, тоталитарный режим Московского царства, смутная эпоха, раскол, насильственный характер петровской реформы,
крепостное право, которое было самой страшной язвой русской жизни, гонения на интеллигенцию, казнь декабристов, жуткий режим прусского юнкера Николая I, безграмотность народной массы, которую держали в тьме из страха, неизбежность революции для разрешения конфликтов и противоречий и ее насильственный и кровавый характер и, наконец, самая страшная в мировой истории война.
Сладострастный П., обольстив в своей молодости одну честную, бедную девушку, из дворовых, но европейски воспитанную (причем, разумеется, примешались баронские
права миновавшего
крепостного состояния), и заметив неминуемое, но ближайшее последствие своей связи, выдал ее поскорее замуж за одного промышляющего и даже служащего человека
с благородным характером, уже давно любившего эту девушку.
При первом же взгляде на новую рабу матушка убедилась, что Павел был
прав. Действительно, это было слабое и малокровное существо, деликатное сложение которого совсем не мирилось
с представлением о
крепостной каторге.
Крепостное право, тяжелое и грубое в своих формах, сближало меня
с подневольною массой.
Беглые холопы, пашенные крестьяне, не смогшие примириться
с только что возникшим
крепостным правом, отягощенные оброками и податьми слобожане, лишенные промыслов посадские люди, беглые рейтары, драгуны, солдаты и иные ратные люди ненавистного им иноземного строя — все это валом валило за Волгу и ставило свои починки и заимки по таким местам, где до того времени человек ноги не накладывал.
С правой стороны Манефы сели игуменья, жена головы и Аксинья Захаровна,
с левой Василий Борисыч, старец Иосиф,
крепостной игумен его Галактион, другие старцы, за ними Смолокуров, Патап Максимыч, удельный голова, кум Иван Григорьич, Самоквасов, саратовский приказчик, купцы из ближнего городка и какой-то пароходчик
с Городецкой пристани.
Крепостное право и весь строй казенной службы держались, правда, на узурпации и подкупе; но опять-таки не
с таким повальным бездушием, тиранством и хищением для того города и даже губернии, где я вырос.
Все это я говорю затем, чтобы показать необходимость объективнее относиться к тогдашней жизни.
С 60-х годов выработался один как бы обязательный тон, когда говорят о николаевском времени, об эпохе
крепостного права. Но ведь если так прямолинейно освещать минувшие периоды культурного развития, то всю греко-римскую цивилизацию надо похерить потому только, что она держалась за рабство.
Крепостным правом они особенно не возмущались, но и не выходили крепостницами и в обращении
с прислугой привозили
с собой очень гуманный и порядочный тон. Этого, конечно, не было бы, если б там, в стенах казенного заведения, поощрялись разные «вотчинные» замашки. Они не стремились к тому, что и тогда уже называлось «эмансипацией», и, читая романы Жорж Занд, не надевали на себя никаких заграничных личин во вкусе той или другой героини.
То, что еще не называлось тогда"интеллигенцией"(слово это пущено было в печать только
с 1866 года), то есть илюди 40-х и 50-х годов, испытанные либералы, чаявшие так долго падения
крепостного права, и молодежь, мои сверстники и моложе меня, придавали столичному сезону очень заметный подъем. Это сказывалось, кроме издательской деятельности, в публичных литературных вечерах и в посещении временных университетских курсов в залах Думы.
Браки дворовых, как известно, происходили во времена
крепостного права с дозволения господ, а иногда и прямо по распоряжению их.
Да и сверх того, им было вовсе не до русской литературы; напротив, по его же словам (он как-то раз расходился), они прятались по углам, поджидали друг друга на лестницах, отскакивали как мячики,
с красными лицами, если кто проходил, и «тиран помещик» трепетал последней поломойки, несмотря на все свое
крепостное право.
Я слышал, что
с дворовыми девушками это иногда случалось во времена
крепостного права, да еще
с самыми честными.
Вообще, это одна из тех личностей, без совета
с которыми, при
крепостном праве, помещики шагу не делали, которых называли «министрами» и которые пользовались привилегией"говорить правду", но не забываться, подобно тем своим знатным современникам, которые, в более высокой сфере, имели привилегию
Затем, когда все земное было им совершено, он сам, motu proprio, [добровольно (лат.)] вышел в отставку
с приличною пенсией (это было лет за десять до упразднения
крепостного права) и поселился у себя в Воплине.
Трактир свой он устроил на городскую ногу:
с половыми в белых рубашках и
с поваром, одним из вымирающих обломков
крепостного права, который может готовить не только селянку, но и настоящее кушанье.
Я помню, например, как наш почтенный Виктор Петрович Замин, сам бедняк и почти без пристанища, всей душой своей только и болел, что о русском крестьянине, как Николай Петрович Живин, служа стряпчим, ничего в мире не произносил
с таким ожесточением, как известную фразу в студенческой песне: «Pereat justitia!», как Всеволод Никандрыч, компрометируя себя, вероятно, на своем служебном посту, ненавидел и возмущался
крепостным правом!..
При этом перечне Виссарион только слегка усмехнулся: против уничтожения
крепостного права он ничего обыкновенно не возражал. «Черт
с ним,
с этим
правом, — говорил он, — которое, в сущности, никогда и не было никаким
правом, а разводило только пьяную, ленивую дворовую челядь»; про земство он тоже ничего не говорил и про себя считал его за совершеннейший вздор; но новых судебных учреждений он решительно не мог переваривать.
— Да, — говорил Иларион, — много воды утекло
с тех пор, как мы
с вами не видались, да не меньше того, пожалуй, и перемен в России наделалось: уничтожилось
крепостное право, установилось земство, открываются новые судебные учреждения, делаются железные дороги.
— «Дворянство — слава моего государства», — говаривала она, — произнес
с улыбкой Марьеновский. — Не знаю, в какой мере это справедливо, — продолжал он, — но нынешнему государю приписывают мысль и желание почеркнуть
крепостное право.
— Но, говорят, государь положительно желает уничтожить
крепостное право, — говорил
с увлечением Вихров.
— Других? Нет, уж извините, Леонид Федорыч, других таких-то вы днем
с огнем не сыщете… Помилуйте, взять хоть тех же ключевлян! Ах, Леонид Федорович, напрасно-с… даже весьма напрасно: ведь это полное разорение. Сила уходит, капитал, которого и не нажить… Послушайте меня, старика, опомнитесь. Ведь это похуже
крепостного права, ежели уж никакого житья не стало… По душе надо сделать… Мы наказывали, мы и жалели при случае. Тоже в каждом своя совесть есть…
Так, например, однажды за обедом маркиз де Сангло выразился так:"Хотя
крепостное право и похваляется многими, яко согласные
с требованиями здравой внутренней политики, но при сем необходимо иметь в виду, что и оные люди, провидением в наше распоряжение для услуг предоставленные, суть, подобно нам, по образу и подобию божию созданы!"А присутствовавший при этом генерал Бедокуров присовокупил:"Сие есть несомненно, хотя
с некоторым в физиономиях повреждением!"В другой раз князь Букиазба высказал такое мнение:"Сия мысль, что Иван (камердинер князя) служит мне токмо за страх, весьма для меня прискорбна, хотя не могу скрыть, что и за сим я пользуюсь его услугами
с удовольствием".
Но говорящие таким образом прежде всего забывают, что существует громадная масса мещан, которая исстари не имеет иных средств существования, кроме личного труда, и что
с упразднением
крепостного права к мещанам присоединилась еще целая масса бывших дворовых людей, которые еще менее обеспечены, нежели мещане.
Благодаря Тургеневу у всех «спала
с лица повязка», и
крепостное право пало. Кончалось так...
Безусловно соглашаясь
с мыслью о необходимости упразднения
крепостного права, он предлагал устроить это дело так, чтоб крестьяне сразу почувствовали, а помещики ничего не ощутили.
С падением
крепостного права некоторые из «благомысленных» выписались в купцы, но большинство, по естественному ходу вещей, превратилось в мироедов.
Русский крестьянин, который так терпеливо вынес на своих плечах иго
крепостного права, мечтал, что
с наступлением момента освобождения он поживет в мире и тишине и во всяком благом поспешении; но он ошибся в своих скромных надеждах: кабала словно приросла к нему.
Для мужика сильного, успевшего «забраться» еще при
крепостном праве, община представляла выгоду лишь в том случае, если рядом
с нею шло порабощение более слабых платежных единиц.
Истинный мироед зачался одновременно
с упразднением
крепостного права, но настоящим образом он оперился, оформился и расцвел благодаря сивушной реформе.
Это говорилось еще задолго до слухов об эмансипации, и я положительно не понимал, откуда мог набраться Валерушка таких несвойственных казенному заведению «принципов». Вероятно, они циркулировали в его семействе, которое безвыездно жило в деревне и играло в"своем месте"значительную роль.
С своей стороны, помнится, я относился к этим заявлениям довольно равнодушно, тем более что мысль о возможности упразднения
крепостного права в то время даже мельком не заходила мне в голову.
Но, повторяю, это было лишь сонное видение, которое, впрочем, не мешало жить,"как другие живут"(дело было в самый разгар
крепостного права и обязательной бюрократической деятельности), и которое рассеялось при первом же столкновении
с действительностью. Столкновение это не замедлило.
Не говорим о тех авторах, которые брали частные явления, временные, внешние требования общества и изображали их
с большим или меньшим успехом, как, например, требование правосудия, веротерпимости, здравой администрации, уничтожения откупов, отменения
крепостного права и пр.
В этом случае он хотел показать заводскому населению, обрадовавшемуся «воле», что
крепостное право для него еще не миновало. Ему доставляло громадное наслаждение давить этих свободных мастеровых на всех пунктах, особенно там, где специально заводские интересы соприкасались
с интересами населения.